Я имел честь дружить с Галиной Андреевной почти 30 лет. Или чуть больше 30? Неважно.
Когда жил в Москве, виделись нечасто. Как уехал - в каждый мой приезд, при любой ее занятости, при любой моей беготне.
Всегда звоню ей в этот день. В последние три года - всякий раз со страхом. И всякий раз слышал ее голос с радостью великой.
А в этот раз нет, в этот раз ответила не она. Не получилось великой радости, нет. Не в этот раз. И уже никогда по этому телефону, никогда у нее на кухне, не в ее кабинете в РГГУ. И не будет этого ощущения доверия и близости душевной, какое с Галочкой Андреевной - мне было позволено так ее называть - было просто непременным.
Когда (это давно было, 70-е еще) ей казалось, что обстоятельства одолевают и ей нипочем не сделать то и се, и вот это еще, я как-то сказал ей: "Галина Андреевна, болеть и хандрить - это Вы что-то много себе позволяете!" Вместе с ее фразой "Ну, и ты знаешь что вытворила твоя старшая подруга?" это стало у нас каким-то полушутливым-полусерьезным ритуалом.
Как хотелось бы, чтобы мы могли обменяться этими фразами сегодня... сейчас...
Хоть и актер-актерыч, а умный был мужик - куда там Рузвельтам-Кеннеди-Клинтонам, не говоря уже о нонешнем Кусте. И про Союз все понимал правильно, и про "социальные" программы. Отраву социализма чуял верхним чутьем. Если мы сейчас можем вякнуть что-то на улице и не обязаны подозревать в старинном институтском приятеле стукача, то это в очень большой степени благодаря фразе Рейгана "Есть вещи поважнее мира".
У Марины во дворе
Неудивительное дело. Чем дольше жизнь, тем более ценными становятся люди, которых (не без приязни) знаешь давным-давно. Вчера собирались вспомнить ушедшую от нас Марину - время идет вскачь, вот и 40 дней прошло... Встретились на кладбище, потом поехали к Марининой маме, потом - сидели во дворе Марининого дома за обшарпанным столом, предавались воспоминаниям. У нас была уникальная школа - два 8-х, 9 9-х и 9 10-х классов, собранных со всего города. Уникальный директор - Алевтина Ивановна Кудинова (она умерла прошлым летом; сейчас на здании давно закрытой по политическим соображениям советских времен школы в память Алевтины и самой школы установлена, стараниями выпускников и при незначительном сопротивлении властей, мемориальная доска). Уникальные учителя - все они были не только высокого класса "предметниками", но и личностями. Мы дружили, влюблялись, ссорились, учились. Мы много чему научились. Это было прекрасное время.
50-летние девочки и мальчики вспоминают свою подругу и себя.
Наташа, я и Люда
Юрий Андреевич Коваленко22 мая 2004 умер известный одесский художник Юрий Андреевич Коваленко. Только 11 дней тому, на послевернисажной вечерушке у художника Сережи Кириченко один знаток одесской живописи произносил тост за Юрия Коваленко, называя ее самым солнечным художником 60-70-х. За это было очень искренне выпито (про себя я грустно отметил, что в моем доме его работ, увы, нет - а почему, собственно?). Так случилось, что последние фотографии Ю.А. сделал я. Вот одна из них.
Page generated Sep. 20th, 2017 03:54 am
Powered by Dreamwidth Studios